http://forumfiles.ru/uploads/0013/7d/c3/62/t529828.jpg

В Лонгйире, на острове Грумант, стояла полярная ночь. Мела пурга, в десяти шагах не было видно ничего. В отеле «Охотничий Лагерь» в столовке гулял десяток молодых ребят. К отелю подкатил снегоходный микроавтобус, и из него вышла группа людей, молодых и не очень. Один из них помог спуститься своей жене (похоже, она была пожилая, а он – не очень), и они вместе направились к отелю. На ресепшене они расписались в книге гостей и проследовали в свой номер. Эта гостиница, кстати, была особенная. Двери были обиты мешковиной, стены были бревенчатые, лежаки были застелены медвежьими шкурами.
- Да, Саня, я не пожалела, что поехала с тобой. Впечатления того стоят, - заметила пожилая красавица своему супругу, молодому парню лет тридцати пяти. На ней был пуховик «Нансен», утеплённые армейские ботинки, синтепоновые штаны и меховой военлётовский шлем с защитной маской. Муж был одет так же, только одежда была другого размера. В номере они сняли верхнюю одежду (под которой обнаружились дополнительные утеплённые флисовые комбинезоны), состегнули два спальника в один и забрались в него, согревая друг друга своим теплом. Ещё до брака Александр научил Ирину засыпать в таких условиях. Надо было, забравшись в спальник, максимально расслабиться, принять максимально удобное положение, и, мечтая о чём-нибудь приятном (например, строя планы на будущее), пытаться отключиться. Через пару часов Александр заказал в номер еду – две тарелки оленины с луком и бутылку лимонада. Бармен тотчас исполнил заказ. В «Охотничьем Лагере» хотелось или без конца лежать на лежаке на медвежьей шкуре и глядеть на обшитый мешковиной потолок, или смотреть в окно, на горящие в полярной ночи огни Лонгйира…
Ещё через час они пошли в бар и взяли по кружке кофе. Сидя на обшитом медвежьей шкурой диванчике, Александр обнимал Ирину. Она, прижавшись к мужу, лишь сказала:
- Сашенька, дорогой мой, благодарю тебя за то, что мы с тобой сюда поехали! Теперь я наконец знаю, что такое счастье!!...